Антидепрессанты усиливают нисходящие тормозные системы за счёт серотонина и норадреналина — и обезболивающий эффект не зависит от антидепрессивного. Разбираем, почему СИОЗСН выигрывают у СИОЗС по анальгезии и чем отличаются дозы «при боли», «при депрессии» и «при коморбидности». Три ошибки, которые встречаются чаще всего: короткий курс НПВП в низкой дозе, недооценка того, что пациент годами лечил себя сам, и неверно выстроенный переход с НПВП на антидепрессант. Обсуждается и практический запрос: возможна ли терапия НПВП с управляемой схемой дозирования, контролируемой длительностью курса и смещением эффекта в сторону анальгезии или противовоспалительного действия.
Перевод габапентина на предметно-количественный учёт означает специальный бланк и ограниченный список аптек — и часть пациентов просто выпадает из терапии. Эксперты разбирают, почему карбамазепин, окскарбазепин, топирамат и ламотриджин не закрывают эту нишу в качестве рутинной замены. Отдельно — почему дулоксетин выходит на первую линию при нейропатической боли: прямое показание, старт с 30 мг, целевой диапазон 60–120 мг. И почему при ноцицептивной боли логика выборапринципиально другая, а НПВП при нейропатической боли не работают как основная терапия.
Регалии: Путилина Марина Викторовна – д.м.н., профессор, профессор кафедры клинической фармакологии имени Ю.Б. Белоусова лечебного факультета ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации.
Латышева Нина Владимировна, д.м.н., профессор кафедры нервных болезней ИПО ПМГМУ им. И.М. Сеченова.
Насонова Татьяна Игоревна, к.м.н., руководитель секции молодых ученых РОИБ, ассистент кафедры нервных болезней, зав. отделением (Сеченовский университет)
